Пройдут года, и пожелтеют листья,
Еще ни раз, зовя к себе мороз.
И он тебе еще ни раз приснится.
Потрогает холодный ли твой нос.

Пройдет и грусть, когда за дверью слышно,
Вот вот ключи откроют этот дом.
И сразу ворох закружится мыслей,
Один из тысячи, один на миллион.

Пройдет тоска, волнение, ну где он?
И снова радостью наполнятся глаза.
Оно идет неспешно, это время.
Но он вернется, чтоб обнять опять тебя.

Разбиваясь о камень, море,
Плачет стоном из тысячи зим.
Ты подумал, что ты свободен,
Ты решил, что не победим.
Только холод мурашками тает,
По рукам и моим плечам.
В глубине что, никто не знает.
Но все видно же по глазам.
И бушует все белое с синим.
Рассыпаясь на тысячу звезд.
И приходится быть очень сильным,
Чтобы волн увеличивать рост.
А стихия твоя, как ветер,
То вздымая цунами в ночи,
То пожар раздувает на свете,
И к тому миллион причин.
Ну какое холодное море,
Но как жадно буянят глаза.
Так опасно, что небо накроет,
И затянет в себя глубина.

Февраль две тысячи двадцать второго,
И мы поднялись чтобы рты закрыть
Не дать Вам разорвать русское слово,
Не дать вам всю историю забыть.

Ну как вы там? Товарищи с Европы?
Не надоело сопли подтирать?
Пока вы прятались в свои окопы,
Мы по земле шагали фашистов рвать.

Россия - вечная держава ,
Не продается наша вера никому,
Гоните клоуна вы с карнавала,
Закончим МЫ жестокую войну!

Февраль две тысячи двадцать второго,
Мы побежали, так и будем побеждать!
Вам не сломить дух война русского, живого,
За нами Родина! Россия мать!

Ай, Ваши санкции, не страшно,
Мы тут и сами по себе не пропадем!
И знаете, на самом деле важно,
То, что мы честно эту жизнь живем!

Желтые поля моей души,
Птицам перелетным зазывая,
Тянутся струной мои стихи,
След от искупленья оставляя.

Я пою себе на самосуд,
Тратить это время безвозвратно,
Каждый кто не враг - тот друг,
По скале наверх, потом обратно.

Я сама себя не приручаю,
И не отучаю нагнетать,
Хочется на утро выпить чаю,
Беззаботно просидеть, мечтать.

Я сама себя заставлю литься,
Не сидеть на месте по утрам,
И вокруг пусть улыбнутся лица,
Моим желтым сказочным полям.

Видишь свет на растоптанном поле,
Глушишь жар, что проникнуть желает.
Не боишься ни тени, ни боли,
Так учили, так правильно, знаешь.

Говоришь о проблеме открыто,
Не тревожишь себя в мелочах,
Замечаешь все то, что забыто,
Но не опытен в юных стихах.

Ты смущаешься мило, простому,
Пряча это в морщинках у глаз,
И бежишь все быстрее к другому,
Десять дел, все успеть в один час.

Львиным сердцем наполнен богами,
И уверенный в завтрашнем дне,
Знаешь, ты, словно дикий цунами,
Словно ветер сносящий к мечте.

Безоружный, тиран и деспот,
Но красивый огонь на свече,
Не оценишь ни грамма лести,
Но пылаешь все ярче в себе.

Погружаясь во все процессы,
Не пропустишь вокруг ничего.
Твое слово достаточно весит,
Чтобы верить душою в него.

И глаза твои - будто море,
Океан, полон тайн, глубины.
Если можно тонуть в бирюзовом,
Я тонула бы как корабли.

Заводной, как часы перед утром,
Но уютный, как утренний чай,
Пахнешь медом, и в меру мудрый,
Ты пришел, как закончился май.

Рви и дальше на максимум жизнь,
Ты к великим делам одарен.
Все плохое - обычный лист,
Твое солнце его сожжет.

В безумии пространства и реальности,
Мы в бесконечности, потоке суеты,
Теряемся, теряем, входим в крайности,
Боимся рассказать свои мечты.

В морали, четких правилах и вечности,
Простую истину ценить мы не смогли,
И человек теперь - без человечности,
А любящий, открытый - без любви.

А ярлыки, как ценники на шеях,
Я одинок, я глуп, я стар,
И каждое решение в сомнениях,
Ну а внутри от выбора - пожар.

Осознанности испытать не пробуем,
Не тянемся к тому, чего хотим.
Мы бегаем, и снова все по новому,
Потом до смерти все на сердце лишь, храним.

О теплоте играющих закатов,
И о морских рассветах на пляжу,
Писал поэт о смысловых откатах,
С огнем играя на свою судьбу.

О мимолетных, но приятных встречах,
И о тоске, что послевкусием зовут,
О том, как каждый одинокий вечер,
Вино грузинское в бошке, все черти пьют.

И нет пера такого, нету ручки,
Чтоб передать волнительный сюжет.
И нет того, кто, то письмо получит,
И в принципе, вообще ничего нет.

Писал поэт о смысловых откатах,
Залив весь стол вином, что черти пьют.
О теплоте играющих закатов,
О том, куда его не позовут.

Бились о волны скалы, а может и наоборот.
Снились любовные драмы, а может роман «Идиот».
Таяли капая, льдины - разбавили моря соль.
Я рисовала картины, зажав ноту Си-бемоль.

Снилось мне, будто кони, в поле с утра на заре,
Топчут росу на просторе, всё позволяя себе.
Снилось мне, будто птицы, пели с Землей в унисон,
Будто мечты вереницей, сбывались и шли на поклон.

Будто мой кот ученый, спрыгнул с цепи на асфальт,
Кофе себе взял черный, и притащил рояль.
Как же, вообще, волшебно,
Чувствовать эту жизнь.
Знаете, очень лечебно,
Пошире смотреть на мир.

Я слушала закат, что растворился вдалеке,
Кровавой краской на сирени он размазан.
На сердце также, не спокойно, и в душе,
Огонь пылающий сгорел, тоской погашен.

Я так надеялась на то, что неизменно,
Минуту нужная - потом опять в ничью,
На самом деле мне совсем неинтересно,
Просто схожу с ума, когда грущу.

А через месяц стану я на год старее,
Как в детстве праздник я совсем не жду,
Быть может, не старее, а мудрее,
Двадцать восьмого - двадцать восемь обрету.

Возможно, все усталость от осколков,
Что опыт нам вонзает прямо в грудь,
Возможно, в этих строчках смысл тонкий,
И от того не получается уснуть.

А за окном спешит пройти пол мая,
И ветер пригоняет облака,
Туман все крыши зданий обнимает,
Не обнимает только жизнь моя меня.

А через месяц стану я на год старее,
Как в детстве праздник я совсем не жду,
Быть может, не старее, а мудрее,
Двадцать восьмого - двадцать восемь обрету.

Раз..пронзило выстрелом солдата,
Два..забилось сердце громче танков.
Три..и ты ни в чем не виновата,
Земля родная, наизнанку.

Четыре..замерло мгновенье,
На пять он на колено пал,
Но мы - не встали на колени,
И не иссяк еще запал!

На шесть - руками он уперся в землю,
Слеза скупая пала ниц,
На семь - секунду, все померкло,
На восемь - он не видел лиц.

На девять на спину перевернувшись,
Он в небо ясное, глубокое смотрел,
Расплылись тучи, в лица обернувшись,
И он ни капли ни о чем не сожалел.

В одно слились мозаичные звуки,
Где грохот, пыль, а где упал снаряд…
И обнимают его тело Родины так, руки,
Держись солдат ведь ты ни в чем не виноват.

Вот вдох, еще один, еще,
Быть может это только ему снится.
Но там увы, уже все решено,
И журавли взлетают - обратился.

О подвигах твоих напишут песни,
О имени твоем расскажут внуки,
Прости меня, но вот настало десять.
И перестал он сердца слышать стуки.

А на свечах, кто не пришел - зажгутся,
И в самых разных уголках России!
Как будто снова они радостно проснутся,
Ведь духа крепче не бывает в целом мире.

Полутоном размытое завтра,
Не в финале, но старт уже пройден,
Обреченное бремя азарта,
Перекрытое сладостной болью.

Перед зимним рассветом - туманы,
Перед голыми ветками - зелень,
Заправляя контроль по карманам,
Атеисту придется поверить.

Мы себя не возвысим без ликов,
Что в глазах тлеют тысячей ночью.
Голосить не начнем мы без криков,
Не растем с не политою почвой.

И скитаясь среди параллелей,
Ищем лестницу в другой сад.
Но упрямо стоим перед дверью,
Возвращаясь потом назад.

Вот бы крылья орлиные сзади,
Под когтями порвать облака,
Ждем что разум с душою поладит,
На безумие стойко смотря.

Я бы еще разок хотела,
Пропеть пред сном ту тишину,
О том, о чем я так жалела,
И думала, что не усну.
Мой свет, душа моя, мой замок,
Тебя забрали насовсем,
Защита всех границ и рамок -
Твоя судьба и твой удел.
Нет, нет… конечно я не плачу,
Я стойко жду, когда вернешься,
Так думала всегда, а как иначе?
Ты слышишь? Может быть смеешься?
В руках держа свой автомат,
В лесу среди окопов и развязок,
Ты в этом всем не виноват,
Но был так нужен, понял сразу.
Ты в бой пошел, как будто лев,
Кидаясь, защищая землю,
Спасал тебя всегда мой смех,
И истинная наша вера.
Нельзя звонить, нельзя увидеть,
Я стала письмами писать!
Но тишину я стала ненавидеть,
И перестала я совсем мечтать!
Все мысли были о великом,
Когда наступит мир в домах,
Когда победным громким криком!
Напишут шрифтом в новостях!
Но….тот звонок, что был как гром,
Простите милая, он не вернется…
И рухнул мир, и пал мой дом,
Теперь ты точно, не смеешься.
И в отрицании лицо!
И НЕТ! Такого быть не может!!!
Скорей гоните подлецов!
Они все врут, вернуться должен!
И вот…принятие, Герой,
Не струсил, и не сдался ты,
А я плела себе венок,
Из мыслей, белых, как цветы.
Я та жена, и мать и дочь,
Что так ждала и так молилась,
Я есть бессонная долгая ночь,
Когда у жизни дверь закрылась…
Сколько за это время судеб,
Изменено - и нет конца,
Когда холодные родные руки,
Гладят морщинки у лица.
Гори огнем, ужасная война,
Сжигай до тла все зло, всю боль,
Скорее чтоб пришла весна,
И принесла с собой любовь!
Мы помним каждого, кто там бывал,
Кто не вернулся, кто не пал,
Как сердце любящих страдало,
И никого не забывало!
Гори огнем - его мы не боимся,
Он забирает - чтоб гореть сильней!
И через очищение - мы возродимся
Любовью тысячи и тысячи людей!

Однажды звезда упала на землю нечаянно,
Лежала и горько смотря.
Мечтала вернуться обратно,
Но знала - уже не могла.
Тогда ей так горько стало,
«Ну как же теперь мне светить?»
Земли мне бессовестно мало,
Мне хочется в небе там, быть.
У старого рядом клена,
Спросила звезда совет:
«Судьба мне паденье готовила,
Обратной дороги нет?»
Вздымились глубокие корни,
И листья качнув на ветру,
Ответил ей клен покорно:
«Принять нужно эту судьбу.
Пока ты светила - росла,
Ты думала, больше не нужно,
Но выросла твоя душа,
И дальше пошла послушно!
Ты милая, не упала -
Взорвавшись - дала небу свет,
Светила ты очень ярко -
Теперь твоя жизнь не свет!»
Звезда загрустила горько,
И несколько лет пролежав,
Покрылась каменной коркой,
Заснула ее душа.
Ее это не вдохновляло,
Хотелось ей стать огнем,
Но сил было очень мало,
Как вдруг засветил небосклон.
Там выглянув, солнце сказало:
«Ты долго собралась лежать?
Смотри, что с тобою стало,
Пора по другому сиять!»
Позвало оно две тучи,
Сказало пролить на звезду,
Дожди, и послало лучик,
Шепнув «разбуди!» весну.
На каменной серой корке,
Взросли голубые цветы -
«Держи сверхновую робко,
Теперь то - глаза твои».
И утренней ранней зарею,
Звезду осветило в миг,
Глаза отдались бирюзовым,
И сон ее вдруг поник.
Звезда ощутив прибои,
Прилив своих новых сил,
Училась дружить с собою,
И мир ее очень любил.
Тогда она перевернулась,
И стала смотреть не в даль,
А в то, что с ней было рядом,
И вновь начала мечтать.
И стала она в итоге -
Скалой из цветов и мха,
Пылая своей любовью,
Она вновь светить смогла.
Пусть сказочка эта мала,
Но ты, мой прекрасный друг,
Такой же как эта звезда,
Из ярких своих заслуг.
Ты все еще будешь светить,
Я знаю, и верю в тебя,
Ты сможешь еще творить,
Ведь это твоя стезя!
И даже в моменты ночей,
Когда вдруг душа болит,
Подумай о том, что в тебе,
Тот звездный огонь горит .

Представь себе тихую гавань,
У моря займи насовсем.
В воде невозможно падать,
В воде можно всплыть наверх.
Представь себе рожь золотую,
От легкого ветра смеясь,
Щекочет тебя поцелуем,
Что хочется в неё упасть.
Представь себе лунную песню,
Сонату, ту что для души.
Хорошие добрые вести,
О том, что блага все твои.
Налей себе кружечку чая,
Добавь туда счастье и мед.
Пусть лед этот острый растает,
Весна к тебе в душу придет.
Ты будешь великим и нужным,
Ты будешь прекрасным, поверь!
С собою в гармонии дружно,
Взлетишь обязательно вверх

На фоне многогранных исповедей тьмы,
За стенами уродливых сомнений,
Глаза твои бездонные устремлены,
Туда где не бывает ликов тени.

Ты словно бесконечная волна,
Что накрывает дом мой с головою,
И с ней борясь, дыханье у меня,
Перехватило с ощутимой сладкой болью.

Та боль, не физики совсем основа,
Она приятна мне и так нужна,
Я рьяно на нее идти к тебе готова,
Переполняет страсть с тобой меня.

Как будто прошагав от жизни к жизни,
Я в каждом воплощении тебя,
Встречаю, без возможности забыться,
И обещаю, что найду, сойдя с ума.

Как будто в мимолетных сновидениях,
Я вспоминаю прошлое в груди,
И будь я песенник поэт, среди переплетений,
Ты мой творец, окутавший миры.

Нет мне покоя в каждом веке, утешенья,
Пока на перепутье всех дорог,
Не встречу я твое изображение,
Не упаду покорно подле ног.

Была я кошкой, что в окно к тебе залезла,
Меня прогнать ты мог же за порог,
Однако в том прекрасное, что место,
Ты рядом уступил мне подле ног.

Была я бабочкой, что одним днем кружила,
Вокруг твоих засвеченных волос,
Судьба мне сутки полетать так подарила,
И я нашла тебя, присев к тебе на нос.

Была я девочкой, которая гадала,
Ты как «Онегин» меня кротко отстранил,
Но в каждой строчке я тебя всегда искала,
И проиграла жизнь «Война и мир».

Теперь я девушка, прошедшая разлуку,
Веками истину ища душой,
Почти погасла, но ты дал мне руку,
И наполняешь меня каждый день собой.

Как это тонко, чувственно прекрасно,
Как разрывает твоя сила мой шаблон!
Я знаю, в жизни все же не напрасно,
И снова перепутье, снова сон.

Спасибо светоч мой, прекрасный и глубокий,
Ты столько сделал для меня своей душой,
Ты будешь счастлив, ты не будешь одиноким,
Подружится вселенная с тобой.

Я знаю, все это, я чувствую победу,
Я ощущаю все твои мечты!
И где бы ты по жизни этой не был,
На все способен, одаренный ты.

За стенами уродливых сомнений,
На фоне многогранных исповедей тьмы.
Ты мой герой, невероятный гений.
Как гений истинной и чистой красоты.

Одним движением руки, о боже…
Вы сводите меня с ума!
Меня знобит опасно, и до дрожи,
Теряя разум, что за красота….
Я в Ваши руки вверила победу,
Отдав все то, что есть в моих руках,
Я не могла об этом даже ведать,
Что потеряюсь я в горячих снах!
Откуда Вы? Такой невероятный,
Прошу, не покидайте мою страсть,
Прошу, смотрите на меня все также жадно,
И я готова тогда в ноги Ваши пасть…
Все что желаете, я Вам преподнесу,
Не потому что я зависима судьбою.
Я так сама сейчас, немыслимо, хочу,
Все мое тело лишь о Вас, несщадно ноет!

Меж нами много есть дорог и много стен,
И временная пропасть, как красиво….
Пока Вы ощущали вкус побед,
Я даже не бывала в этом мире!
Но что за песня, Ваши мысли - чудеса,
Вы так хотели себе музу, для души,
Услышав это, родилась моя душа,
Для Вашей страсти, Вашей красоты!
Не интересен мне протоптанный сюжет,
И те кто рядом - те умом не блещут.
Меня создал один единственный поэт -
И я ответила, что «Ваша», лев мой.
Руками талию мою к себе прижав,
Вдохните аромат моих желаний,
Добыче без хозяина нельзя!
Как без добычи быть не может и хозяин

Однажды в маленьком таком мирочке,
На стыке параллелей и границ,
Жила была малышка, словно ночка.
Не слышав утреннее пение от птиц.

Она была обычной, неприметной,
Не говорила вслух, стояла в стороне.
И все ждала, когда с попутным ветром,
Хоть что то светлое прижмет ее к себе.

Однажды летом заплутав средь мыслей,
Она поймала тонкую волну.
И что то в темноте вдруг начало искриться,
И в миг окутало ей подарив мечту.

Глазами отыскав пространство,
Найдя среди всех тел тот силуэт.
От взгляда глубже моря, отказаться,
По сей день сил у нее просто нет.

Забвение заставило теряться,
Температура тела так росла.
А он не замечал, он лишь смеялся,
И как прекрасна у него была душа.

Малышка ближе подошла и разглядела,
В нем львиный рев, и благородну сталь.
Ей так хотелось прикоснуться к его телу,
Ей так хотелось взгляд не опускать.

Он все рычал, и раздавал вибраций,
Таких, что кто слабее - не пройдет.
А ей хотелось все дарить ему овации,
И снилось что придет ее прижмет.

И вот уже она не темней ночи,
В груди пылает жар пожара в высь.
И вот она сидит напротив глядя в очи,
И к талии скользнула его кисть.

Все засверкало яркими лучами,
Все стало в мире словно для нее цвести,
Окутал он ее закрыв плечами,
И так остался в ней, что больше не уйти.

Она хотела чтобы он заряжен,
Был каждый день от ее слов и теплоты.
И ей совсем ничто уже не важно,
И нету пропасти такой, чтоб не пройти.

Она хотела, чтобы он завороженный,
Смотрел вперед и был в гармонии с собой.
Чтоб покорял все в мире горизонты,
И параллели все достиг своей мечтой.

Она желала лишь одно - побыть немножко,
В его уютных, и больших руках.
Его малышка, его страсть, как кошка,
Все извивалась перед ним на простынях.

И лучшим стало это покаяние,
Такой души найти лишь можно раз.
И самым громким было то признание,
Что нет нужнее для нее глубоких глаз.

Пусть наши души никогда не забывают,
Как вовремя они переплелись.
Таких имен при всех не называют,
Такие имена внутри всю жизнь.

И пусть получится все, в суе,
Когда за ликом глубины,
Косматый дьявол затанцует,
Открыв тебе свои сады.
И пусть не белым будет, алым,
Броня парящая твоя,
И не напиться блюдцем малым,
Нужна огромная река.
Снеси преграды пред собою,
Ты можешь стать Великим вновь.
Не запрещай себе порою,
Быть тем, от кого стынет кровь.
И навсегда запомни важность -
В твоих руках есть твоя суть,
Такое осознать не каждый,
Способен так, что б не уснуть.
Так пусть предание живое,
Разрежет перьями стихи,
И будет счастье за тобою,
Такое, что нельзя купить.
И пусть в порывах дикой ночью,
Когда не спать и не лежать.
Ты смог поставить твердо точку,
Остаться на своем стоять.
Меня не будет вечно рядом,
Такой жестокий приговор.
Но я останусь там, за садом,
Воспоминаний твоих вор.
Тряси весь мир, шагай смелее,
За поворотом чудеса,
И не считай слогая время,
Ты есть сейчас вся жизнь твоя.

В мире средь гор и цветущих долин,
Река текла, что не пройти.
А на горах кристаллы льдин,
И здесь рассыпаны цветы.
В нем было лето круглый год,
Костер, что влагой не тушим,
И полный сад цветущих роз,
И полон замок из картин.
Среди забвения стихов,
Король на троне восседал,
Но в сердце был его мороз,
Он вдохновения не знал.
В его тени страдали все,
Кто прикоснуться же не мог,
И горько падали во тьме,
У его мощных сильных ног.
Однажды ветер засвистев,
Все тучи в замке разогнал.
И среди ярких всех принцесс,
Он демона к себе призвал.
Сначала был он не рушим,
И не смотрел в ее глаза,
Он думал будет Серафим,
А у нее были рога.
Она к нему восстала в миг,
Нагая, наглая, «своя».
Заставила увидеть лик,
Ее покорного лица.
Тогда король сомкнуть не смог,
Глазами начал пожирать,
Она не падала у ног,
Желала же сама лежать.
Король той мыслью изумлен,
Подняв за волосы ее,
Поцеловал, заворожен,
И подал ей свое плечо.
Пожар в груди, и дикий стон,
Он делал все о чем мечтал.
И был так крайне удивлен,
Не слазила она с плеча.
И в возбуждении души,
Он брал ее все резче, страстно,
Она молила «не пусти»,
И полыхала его властью.
Слились в одно стихии две,
Но оказалось что она,
Бензин, коль не в его седле,
Но точно бурная река.
В безумии стелилась ночь,
И время стало для них бренно.
И холода ушли все прочь,
Горит у девы вечно тело.
Король блаженно восхвален,
Держал ее, как сущий клад.
Она желала лишь его,
И этому он был так рад.

Приходи ко мне на рассвете,
Когда тьма, не сошедшая с гор,
Когда север, холодный ветер,
Когда горький звучит приговор.

Приходи ко мне на закате,
Когда сил уже нет в ногах,
И возьми мое сердце в объятия,
Разжигая внутри пожар.

Приходи ко мне поздно ночью,
Когда тихо вокруг, и мрак,
Мое тело тебя так хочет,
Только так мне нельзя никак.

Приходи ко мне днем прекрасным,
Когда светел и легок путь.
Никому не быть таким властным,
И так рядом со мной уснуть.

Приходи ко мне, хоть бы в мыслях,
Я всегда у кровати в ногах.
Лишь глаза твои - мои кисти,
А без них я холодный мрак.

И прости меня, что зову я,
И не злись, что тону в слезах.
Мое небо без нас - все буря.
Приходи ко мне хоть во снах.

Где то по белой пустыне,
Таяли тихо шаги,
Слышали крики немые,
Как по горящей степи.
Ноги босые бежали,
Дома лишившись во мгле,
Словно мурашек волнами,
Чувство бежит по спине.
Этими криками люди,
Звали на помощь себя,
Долго ли ад этот будет,
Плачет сырая земля.
Ангели пели в вуалях
Сколько еще смертей,
Сколько бы жизней отдали,
Считая гектары степей!
Милые добрые люди,
Злые плохие, нельзя.
Вас лишь на небе осудят,
Спасите же сами себя.
Что та война беспокойно,
Ради чего голоса,
Столько же слов непристойных
Слышали небеса.
Сколько ракет еще в миле,
Разрушат ночную тишь,
Сколько друзей в могиле,
Сколько разорванных крыш.
Тихо студенты мечтали,
Сколько заснуло в момент,
Так что мы не сосчитали,
Черных количество лент.
Бедные люди, спасите,
Хватит губить ни за что.
Плачет мой ангел хранитель,
Пряча свое лицо.
Парни прошу вас, стреляйте,
Так чтоб совсем до конца.
Этой войны нет на карте,
Плачет сырая земля.
Матери сидя у камня,
Мрамор слезами протрут.
Был он любимым парнем,
Кому то был лучший друг.
У повелителей мира,
Не может быть совесть чиста.
Люди вы сами смотрите,
Каждый в ответ за себя!
Там среди белой пустыни,
В небе у златых ворот.
Как бы вы не сгубили,
Душу свою в адский рот.
Словно мурашек волнами,
Чувство бежит по спине.
Один умирая «о маме»,
Второй уже спит в земле.
крутится крутится небо.
Сменяя сезон дождей,
Белым холодным снегом,
Зеленым ковром из полей.
Только одно неизменно -
Люди сжирают мир.
И мы у жадности пленны.
В плену у своих же картин.
Истину горько рисуя,
Плачем раз в год у камней.
Эта ужасная буря,
Касается и детей!
Парни, прошу Вас, стреляйте,
Только чтоб, насовсем.
Этой войны нет на карте.
Эта война наш плен.